?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Пролог Часть 1 Часть 2 Часть 3 Часть 4 Часть 5 Часть 6 Часть 7 Часть 8 Часть 9 Часть 10 Часть 11 Часть 12 Часть 13 Часть 14 Часть 15 Часть 16 Часть 17


Лес

Жене сказал, что нужно прозондировать Москву.
Если бы она знала, чем я ее буду зондировать.

Вообще то, действительно нужно было на разведку. Особых планов насчет Москвы я не строил – слишком далеко мотаться. Токио ближе. Но нет-нет, да и закрадывались мысли, то ли сунуться куда-нибудь в Сурикова, то ли полазить по галерейкам, завязать контакты с салонами. Повариться в аутентичной среде. А тут еще с материалами началась жопа. Фондовский магазин в Хабре нагнулся, я исколесил город и окрестности, поскупал в сельпо и отделах канцтоваров все масляные краски, холсты и разбавители, выгреб подчистую запасы у спивающихся членов СХ, и все равно – то белила кончатся и приходится использовать эмаль для стен, то – вместо холста – мешки из-под картофеля распускать. Японцы сильно удивлялись, когда такие холсты у меня покупали.

Но сейчас конечно я ехал в Москву из-за Лены. Мне стало невыносимо тоскливо без нее. То, что раньше занимало меня, доставляло радость и являлось смыслом жизни – семейные вечера, возня с детьми, строительные хлопоты, общение с друзьями – все теперь померкло и раздражало.

Итак, в одно прекрасное утро я взял билет на вечер и в этот же вечер был на месте.
Меня всегда это прикалывало – лететь до Москвы 9 часов, разница во времени – 8. Прилетаешь практически в то же время, что вылетел. Только день удлиняется на 8 часов. Получается – самолет поднимается, потом как бы зависает над Землей, она под ним прокручивается, Солнце висит на одном месте.
А вот если подпрыгивать на одном месте восемь часов – так и останешься в Хабаровске. Парадокс.

- Але?
- Привет!
- О, привет… Как дела?
- Нормально
- Как жена, дети?
- Я в Москве…
- Ты здесь?!! Ура! Ура! Не представляешь как я рада! Давай я приеду к тебе, ты где?
- Да… это… Ярославский вокзал.
- Почему ты там?
- Не знаю… Так получилось. Но как ты приедешь, ты же на работе?
- К черту. Буду минут через сорок.

У меня сорок минут. Прохаживаясь по рядам ларьков, засёк в одном из них баночки пива «Budweiser», которое хорошо знал по Сиэтлу – мы его там блоцкали упаковками. Дорого, но взял парочку. Скорее всего, кто-нибудь привез из командировки и сдал на комиссию. В то время пива не было в свободной продаже. Алкоголь – по карточкам. Я так и не понял – американское или чешское.

И вот стою я на входе в Ярославский вокзал, попиваю будвайзер, справа и чуть позади колонн с таким расчетом, чтобы обозревать весь зоопарк.

Привычка занимать себя зрелищами во время распития и разъедания теперь прочно укоренилась в нас. Мы уже не можем просто так трапезничать – обязательным спутником наших перекусонов является телевизор или монитор. Вот именно, как кетчуп или майонез – чтобы организм лучше принимал это ГМО, которым мы себя набиваем, нам необходимо смазывать его прием новостями о новых терактах, наводнениях и разрушениях, желательно с кровью и оторванными конечностями. Какой хлеб, такие и зрелища.

Ярославский вокзал 1990-х в этом смысле – славная трапезная. Это шоу в онлайн режиме, да к тому же еще и временами интерактивное. Вдоль всего ряда колонн на портиках располагаются гнезда самых разнообразных бомжей. Тут можно увидеть и сморщенных сенильных стариков и совсем молодых особей обоего пола, охреневших от синьки и бесприютной жизни в разной степени.

Временами у меня прямо таки возникало дежавю с закадровым голосом Николая Дроздова из «В мире животных»

Вот, например, интеллигентного вида женщина средних лет, похожая на школьную учительницу, чисто славянское лицо ее еще не совсем утратило прежних черт, не превратилось в сплошной одутловатый пузырь, отливающий лиловыми и грязно-желтыми пятнами как у большинства ее соседей по насесту. Простая, но приличная одежда еще хранит следы прежней заботы – серая юбка лишь слегка и как бы случайно испачкана на коленке, светлая блузка со скромным жабо слегка разорвана у воротника. Добротное пальто советского производства – даже все пуговицы на месте. Она еще немного стесняется своего нового статуса, чувствует себя не в своей тарелке, отворачивает в сторону лицо, но у нее уже есть надежный спутник – небритая тварь с бегающими глазками и похотливыми манерами, он суетится вокруг училки, снабжая ее паленым алкоголем на опохмел и лучшими кусками недоеденных чебуреков. Наверно у нее есть дети, но ей стыдно обратится к ним за помощью.

Некоторые представители местной фауны очень плохи – они находятся в прострации, переходном состоянии от живой к неживой материи. Одежда их совсем никакая – засалена и истрепана до предела. Лица сливаются цветом и обшарпанностью со стенами.

Периодически вдоль этого птичьего базара проходит с рейдом наряд милиции и проводит профилактику. Трое крепких ребят в синей форме идут не спеша, расслабленно и на первый взгляд безучастно. Но это только на первый взгляд. Знаете, какие они резкие? Ого-го! Вдруг раздается смачный звук размозжения мягких тканей человеческого лица о носок милицейского ботинка, ты мгновенно поворачиваешься и понимаешь, что звук долетел с того места, где сейчас под колонной лежит тело только что мирно кумарившего ханурика. Сверхзвуковой удар, бля!

Это не только необходимая санитарно-эпидемиологическая профилактика, но также и выборочная диагностика – после удара наряд смотрит на реакцию пациента и если он начинает стонать и ворочаться, силясь подняться, то все в порядке, если же нет – то следует еще несколько диагностических процедур, и вызов труповозки в случае положительного теста.

Иногда удары сыпятся как горох – слишком многим на этом птичьем базаре требуется профилактика.

Все, кто способен более-менее быстро передвигаться, при появлении наряда милиции срываются с мест и поднимаются в воздух – достаточно переждать в полете минут десять и можно опять приземлиться на обжитый участок скалы.
Сержант заодно разоряет и гнезда – подцепляя носком сапога пакетики со скудной трапезой, добытой на столиках привокзального кафе, бутылочки с недопитыми напитками, свертки с нехитрым скарбом, отпинывает все это в сторону урны, приводя по возможности в негодное к употреблению состояние. Хотя куда уже негоднее?

Ко мне подкатывает молодая рослая девка. Симпатичная. Ляхи ничо так, грудь.
- Девушку не желаете?
- Тебя что ли?
- Меня.
Она слегка распахивает куртку, ненавязчиво демонстрируя фигуру.
- Сколько?
- Пятьдесят рублей час, двести ночь.
Светло-русые волосы с пробором, веселые голубые глаза, вздернутый носик.
- Зубы кто выбил, клиенты?
- Сутинер. Но я теперь одна.
- Сама откуда?
- Из калужской области
- А чего здесь промышляешь?
- Учиться хочу
- О! Я тоже

Вот и Лена. Подбегает ко мне, бежевый длиннополый плащ, светлый шарф. Мы обнимаемся, целуемся. От нее умопомрачительно веет юностью и чистотой. Еще раз. Не могу оторваться. И еще.

- Ну так как насчет девушки?
- Не сегодня. Видишь, я занят.

Лена смотрит на шлюшку и улыбается. Шлюшка тоже. Две русские девушки.

Мы идем сквозь бомжачий базар с правого крыла к стоянке такси. Дочь нефтяного воротилы и великий художник конца ХХ – начала ХХI века, известный в Хабаровске и окрестностях, сияющие счастьем и молодостью. Нас провожают завистливые взгляды. Я не глядя швыряю едва начатое пиво в урну, возле которой тут же возникает свалка.



На выставке в ЦДХ полно народу. Выставка межрегиональная, мы попадаем на нее случайно, просто собирая разведданные по ЦДХ. Художники со всех концов России. Расфуфыренные дамы и неформальные тусовщицы, бородатые мэтры и молодые пижоны, официальные лица в черных костюмах и серые толстосумы, скорее всего подтянутые тоже из регионов. И в малиновых пиджаках люди были, ага. Они тогда еще только вошли в моду.

Длинноногие кобылы – в то время еще не слишком длинноногие и не совсем кобылы – разносят шампанское, фрукты и канапе. Роскошь и блеск с постсоветской патиной. Все-в-шоколаде, как любят выражаться москвичи. А на мой незамыленный взгляд вся эта петушиная свора – тот же птичий базар, что на вокзале, только что менты не ебошат завсегдатаев с ноги.

- Я посмотрела все картины… и мне кажется, что твои работы произвели бы здесь фурор, шепчет мне Лена
Я улыбаюсь. Кому на хрен сдалась здесь моя манчжурия?
- Ну чего ты, правда же! – Лена делает умильную мордочку, – Ты посмотри, какие они все скучные… Вот разве что парочка вещей приглянулась…

- Давай лучше посетителей обсуждать.
- Давай. И будем угадывать, кто они. Я люблю разгадывать людей.
- А я – обсирать.
- Это одно и то же.
- Вот смотри, дядечка с портфельчиком. Да не туда смотришь, да, нет, да, этот.
- Какой пуська! Щечки надул, портфельчик крепко держит.
- Наверно пришел прикоснуться к вечному, а портфельчик то мешает расслабиться. Дай мне твой портфельчик, дядя, я его нежно подержу! А что у дядечки в портфельчике? Гогого
- Не даст. Он ему важнее всего самого вечного
- Какой облом… Как думаешь, он местный? Мне кажется нет, но не слишком издалека. Из внезапно разбогатевших.
- Э-ээ… Да, есть в нем такой… провинциальный налет. Стиля нет. Вроде вещи дорогие, но безвкусно подобраны и сидят как с чужого плеча. Но ничего, он сейчас пооботрется на культурных мероприятиях, нахватается слов разных, глаз набьет и станет не хуже других
- А потом его пристрелят
- Не надо, жалко дя-яядечк-уу, - делает Лена губы трубочкой.
Мы смеемся
- А вон там, погляди, клоун в кашне пидарском, - я кивнул головой в дальний угол зала, где в окружении жаждущих духовной пищи навешивал на уши попкорн прыщавый молодой человек – что ты о нем думаешь?
- Картинки у него вообще никакие на мой вкус. Но, похоже, он здесь самый популярный
- Главное не нарисовать, а шоу устроить
- А шарфик… не сочетается с пиджаком. Фи, как пошло смотрится
- Все в шоколаде должно быть, ты чё. И группа поддержки у него такая же. Ты только глянь на эту клуху в черных колготках. На ее ляхах это выглядит ужасно. Слишком явный акцент
- Ляхи знатные, ты че. В шоколаде же.

Мы приблизились к экспозиции заслуженного художника NN. Кондовый соцреализм, но с апеллированием к язвам. Картина «Детский дом». На полотне изображено пространство большой комнаты, полностью заставленное кроватями, на которых спят дети. На ближнем плане – неумело скомпелированный мальчик с непропорциональной головой, одна рука бессильно свесилось до пола, другая прикрыта одеялом. Взгляд мальчика напряжен.

- Мальчик, изможденный онанизмом, - даю я свою версию названия. Мы сдержанно ржем, идем дальше.
- Ведь вот представь себе – как пить, дать этот деятель всю жизнь портереты Ленина херачил для красных уголков, да портреты членов политбюро. А теперь – поди ты! – обличителем стал.
- Конъюнктура рынка

Картина «Я убит, мама!». На огромном полотне – горный пейзаж, из контекста – Афганистан. На переднем плане лежит отрезанная голова славянской внешности, пронзительные васильковые глаза уставились в небо. Срез шеи розовеет, как докторская колбаса. Рядом с головой – собака породы «германская овчарка». Собака задрала голову в бездонную синеву неба и воет.
На склоне одной из гор – мелький-мелький отряд душманов.
- А эту как назовешь?
- Может «Собака съела пограничника»?
- Гы-гы-гы-гы
Мы снова прыскаем. Но, замечая неодобрительные взгляды окружающих, медленно отползаем в сторону, давясь смехом. Переходим к следующему шедевру.

- А знаешь, что их всех объединяет?
Лена обвела взглядом галерею, как бы выискивая в разношерстной публике одну общую деталь одежды или черту
- Что?
- Страх. Как-то еще в школе, лет в тринадцать-четырнадцать, я ушел в лес на всю ночь.
Ну, не так далеко, заблудиться не мог. Мне хотелось узнать, где живет страх. И научиться им управлять. Это можно сделать только в одиночку, в лесу, ночью – так я решил тогда. В районе Ласточки забурился в чащу с таким расчетом, чтобы не оставить возможности вернуться, когда наступит темнота. Место выбрал подходящее – ну, ты знаешь, где пару лет назад бабу медведь загрыз. И беглые зеки там периодически гасятся по лесам… До утра просидел под сосной, да. Чуть рассудка не лишился.
Там я понял простые вещи. И первое – среда всегда нейтральна. Она такой же враг тем, кого ты мог бы в ней бояться, как и тебе. Она может тебя погубить, но может и стать твоим союзником. Если не дергаться, сидеть тихо, то постепенно страх исчезает. Потом я посмотрел на себя отстраненно, представил себе такого же человека как и я сам – сидит этот человечек под сосной и боится. Шороха, ветра, темноты… И я сам его могу очень легко напугать! Я стал издавать самые чудовищные звуки, какие только мог воспроизвести, и которые могли по моей мысли довести до жидкого поноса самого свирепого медведя или беглого зека, и мне от этого стало легко и весело.

Так вот. Здесь такой же лес, где каждый одинок и зашуган до предела. И прячется за свой пенек, и издает всяческие ужасные мистические звуки из темноты, по которым можно подумать, что там засел сам дьявол, а не маленькая пришибленная шмакодявка, распушает хвост и становится на задние лапки, чтобы выглядеть внушительно, не имея ни зубов, ни когтей, чтобы осуществить угрозу, собирает вокруг себя рой вонючих скунсов, чтобы в случае нападения на него закидать противника зловонными струями и заставить его обратиться в бегство.

Они все ссут. Отсюда все эти кричащие прикиды от кутюр и тонны парфомерии, как панцирь черепахи, или – пиджаки, кейсы и швейцарские часы – как признак принадлежности к касте опасных хищников, отсюда эти неистовые витиеватые и малопонятные завывания о своей гениальности маленькой, охеревшей от страха выхухоли. А что в сухом остатке? Ничтожное затравленное существо каждое в своем в дупле объективной необходимости, ужас и неуверенность в себе.

- Я уже их всех ненавижу! Здесь только один художник – ты! Все остальные – унылое говно на палочке, жалкие ничтожества! Какое право они имеют здесь выставляться? И вообще находиться? Здесь должны быть только твои картины!

Лена играла роль превосходно. Я даже почти поверил, что она готова их всех растерзать.

- Еще только моих картин здесь не хватало. Я тебя люблю

Продолжение - часть 9

Comments

( 22 comments — Leave a comment )
sibir79
Dec. 18th, 2012 03:14 am (UTC)
по сути содержимое салона ничем не отличается от контингента вокзала... параллель?
du_bel
Dec. 18th, 2012 03:18 am (UTC)
и там и там - художники ))
sibir79
Dec. 18th, 2012 03:19 am (UTC)
краски разные))) хотя суть от этого не меняется
du_bel
Dec. 18th, 2012 04:17 am (UTC)
в первом случае более богатые, поскольку ближе к серому
romanov_vs
Dec. 18th, 2012 03:42 am (UTC)
Про это, что "среда всегда нейтральна" - я тоже как то додумался, но правда не в 13, а лет к 18. И что в темноте меня боятся не меньше, чем я кого то - примерно тогда же. Помню, как открытие, йопты))
du_bel
Dec. 18th, 2012 04:16 am (UTC)
темноту можно еще искусственно нагнетать
ну или воду мутить хотя бы ))
sit_george
Dec. 18th, 2012 04:46 am (UTC)
Настоящие художники - там, где гонения - на вокзале, кмк.:)
Серьезно, все самое интересное продавалось за пределами ЦДХ - рядом на развалах. Мой отец, в свое время, покупал много картин на вернисаже в Измайлово - в конце 80х - до того, как это место превратилось в "сувенирный". Очень много было талантливых художников - правда все они спились потом, в 90х.

В ЦДХ я посл. раз был в 97м или 98м - на выставке Шемякина, по моему скромному мнению - там больше нечего было смотреть за редким исключением.

P.S. Спасибо за новую часть - ждал с нетерпением продолжения. И жду.:)
du_bel
Dec. 18th, 2012 04:56 am (UTC)
да всегда было много чего интересного и талантливого - и на арбате поначалу и у памятника екатерине в питере(я там в 1989 торговал акварелями. и на крымской набережной постоял месяца три, но уже позже - в 2000-х) И в ЦДХ всегда было чего посмотреть. Это я так просто, по привычке все обосрать ))
sit_george
Dec. 18th, 2012 05:18 am (UTC)
:))) Да... Было время такое.
sh_t_il
Dec. 18th, 2012 04:50 am (UTC)
Ай спасибо! Нравится мне ваш слог.
satnata
Dec. 18th, 2012 05:40 am (UTC)
В 90-е годы в штате одного из моих предпринимателей состоял бандит из "крыши", я ему еще карточку пенсионную делала. Умер в 43 года от цирроза печени.
Так вот он всегда кричал.
Как услышишь крик, мат, разговор "на взводе" - значить С. пришел.
При этом был отличный семьянин.
Как-то звонят мне из собеса, из отдела, где субсидии оформляют по коммунальным услугам. Спрашивают, а он действительно так мало получает в нашей фирме, а то приехал к ним на мерседесе, золотые кольца, толстенная золотая цепь и пальцы веером.
Я ответила, что у нас он именно столько и зарабатывает и большего не стоит, а другие возможные места его работы мне не известны.
Может он заимел манеру кричать потому, что боялся? Все-таки хлеб у него был не легкий.
du_bel
Dec. 18th, 2012 12:02 pm (UTC)
если сильно орал, значит точно ссал ))
asesy
Dec. 18th, 2012 06:33 am (UTC)
давай продолжение!!!! срочно)))
du_bel
Dec. 18th, 2012 12:03 pm (UTC)
закончил уже практически, еще семь-восемь главок и все ))
vpantin
Dec. 18th, 2012 08:32 am (UTC)
Адский отжиг! браво. Но, настоящий художник должен быть голодным
du_bel
Dec. 18th, 2012 12:04 pm (UTC)
это да. Но я же не настоящий, мне можно немного покушать. А вот члены СХ - марш на диету!
vpantin
Dec. 18th, 2012 08:40 am (UTC)
хороший слог между прочим. Жду продолжения.
chen_kim
Dec. 18th, 2012 10:31 am (UTC)
Мне нравится как ты пишешь про любовь.
Это очень чисто.
Как-то правильно. Ты понимаешь что это такое. Но не понтуешься этим знанием.
А вроде как есть в твоем тексте удивление этим обстоятельством.
Ура тебе.
du_bel
Dec. 18th, 2012 12:05 pm (UTC)
про настоящую любовь писать трудно - либо в слащавость начинаешь заваливаться либо в хардкор
chen_kim
Dec. 18th, 2012 12:29 pm (UTC)
Ты отлично держишь баланс.
vpantin
Dec. 18th, 2012 06:41 pm (UTC)
о настоящей любви наверное лучше просто молчать
livejournal
Dec. 25th, 2012 07:57 am (UTC)
Внезапно разбогатевшие жлобы
Пользователь copypost сослался на вашу запись в записи «Внезапно разбогатевшие жлобы» в контексте: [...] Часть 8 [...]
( 22 comments — Leave a comment )

Latest Month

June 2018
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner